Миссионерская деятельность преподобномученика Серафима (Шахмутя), архимандрита Жировичского

19 ноября 2017
Слесарев Александр Валерьевич
Миссионерская деятельность преподобномученика Серафима (Шахмутя), архимандрита Жировичского

Доклад Слесарева Александра Валерьевича, проректора по научной работе Минских духовных академии и семинарии, кандидат богословия, доцента, произнесенный на монашеской секции Регионального этапа XXVI Рождественских образовательных чтений «Миссия монашества в современном мире» 15 ноября 2017 года в Свято-Елисаветинском женском монастыре.

В год проведения Белорусской Православной Церковью серии мемориальных мероприятий, посвященных 100-летию начала советских антирелигиозных гонений, с особой остротой актуализируется вопрос выявления новых исторических источников, проливающих свет на малоизвестные события церковной истории ХХ века и позволяющих восполнить недостаточность имеющихся сведений о жизни некоторых новомучеников. Одним из белорусских святых, биографические сведения о котором уже после проведения канонизации были значительно расширены благодаря исследованиям церковных историков, является преподобномученик Серафим (Шахмуть; 1901–1946), архимандрит Жировичский.

Бесспорная заслуга в изучении жизни и церковного служения преподобномученика принадлежит протоиерею Феодору Кривоносу. Итогом его кропотливого исследовательского труда явились публикации о выдающемся священнослужителе[1], в значительной степени подготовившие состоявшееся в 1999 г. причисление архимандрита Серафима к лику местночтимых святых Белорусской Православной Церкви. В последующие годы протоиерей Феодор продолжил свои изыскания, что позволило опубликовать новые сведения о святом[2]. Изданная им в 2016 г. книга «Незабвенный пастырь. Преподобномученик Серафим Жировицкий»[3] явилась наиболее полным жизнеописанием архимандрита Серафима, основанным на материалах уголовно-следственных дел Центрального архива КГБ РБ, архива Управления КГБ РБ по Брестской области и архива Управления КГБ по Витебской области[4]. Отдельные сведения, касающиеся миссионерской поездки архимандрита Серафима по населенным пунктам центральной и восточной Беларуси весной 1942 г., почерпнуты автором из публикации в газете «Новый путь», издававшейся и распространявшейся на оккупированных немецкой армией советских территориях[5].

В 2016 г. увидела свет публикация молодого польского исследователя Мартина Мироновича «Новый источник для жития святого архимандрита Серафима Шахмутя (1901–1946)»[6]. Статья посвящена одному из эпизодов приходского служения будущего преподобномученика, совершавшегося им с 1935 по 1937 гг. в селе Курашево (ныне территория Гайновской гмины Подляшского воеводства Республики Польша). В своей публикации М. Миронович ссылается на недавно выявленное письмо архимандрита Серафима, датированное 1938 г. и обращенное к прихожанам села Курашево. Заинтересовавшийся новым историческим источником профессор Минской духовной академии протоиерей Сергий Гордун в октябре 2016 г. опубликовал в журнале «Ведомости Минской митрополии» статью, посвященную вопросу датировки упомянутого письма преподобномученика Серафима, а также само письмо (фотокопию оригинала и расшифровку)[7].

Не ставя под сомнение безусловную ценность для церковно-исторической науки имеющихся исследований о жизни преподобномученика Серафима Жировичского, необходимо отметить, что до сих пор сохраняется возможность расширения сведений об обстоятельствах его пастырского служения. Определенные возможности для этого предоставляют документальные материалы Национального архива Республики Беларусь. В частности, в фонде Центрального комитета Коммунистической партии (большевиков) Белоруссии (ЦК КП(б)Б) нами было выявлено информационное сообщение «О фактах деятельности церковников в западных областях БССР» № 0210 от 27 февраля 1941 г., направленное секретарем ЦК КП(б) Белоруссии по пропаганде Н.Г. Малиной председателю Центрального Совета Союза воинствующих безбожников Е.М. Ярославскому. Данный документ содержит информацию о том, что 24 октября 1940 г. насельник Успенского Жировичского монастыря архимандрит Серафим (Шахмуть) выступил в г. Слониме перед местными жителями, призывая их организованно выступить за открытие Свято-Георгиевского храма в д. Поречье Слонимского района. По распоряжению органов советской власти богослужения в названном храме прекратились практически сразу после произошедшего в 1939 г. присоединения Западной Беларуси к БССР[8]. В лаконично описанном Н.Г. Малининой эпизоде, касающемся деятельности архимандрита Серафима, просматривается глубокое небезразличие будущего преподобномученика к проблемам современной ему церковной жизни и решимость отстаивать интересы верующего населения.

В этом же документе содержится информация о послушнике Жировичского монастыря Григории Кударенко, впоследствии ставшем ближайшим сподвижником архимандрита Серафима: «27 июня 1940 г. послушник Жировицкого монастыря Кударенко Григорий (бывш. белогвардеец), устанавливая очередь к священнику для причастия, говорил верующим: “Я и сам из России и видел, хлеба у них совсем мало, они только строят машины, оружие, а на кого все это? – на людей. Безбожники эти советские люди, они не признают бога, когда я приехал сюда в монастырь, только тогда увидел свет, а сейчас то же самое получатся. Видите, у нас отняли землю”. Он агитировал крестьян против колхозов, рассказывая им всякие небылицы»[9]. В 1944 г. священник Григорий Кударенко будет арестован вместе с архимандритом Серафимом по обвинению в антисоветской деятельности, а затем приговорен к пяти годам исправительно-трудовых лагерей[10].

Следующее упоминание о деятельности архимандрита Серафима (Шахмутя) выявлено нами в фонде Уполномоченного Совета по делам Русской Православной Церкви при Совете Министров СССР по БССР (Фонд 951). В докладе настоятеля Гомельского Петро-Павловского собора протоиерея Кузьмы Раины архиепископу Минскому и Белорусскому Василию (Ратмирову) от 5 апреля 1946 г. излагаются примечательные обстоятельства служения архимандрита Серафима (Шахмуть) в 1942–1943 гг. на оккупированной немецкими войсками Гомельщине. Будучи в это время настоятелем Петро-Павловского собора г. Гомеля и активно способствуя возрождению церковно-приходской жизни в регионе, архимандрит Серафим инициировал проведение 28 мая 1943 г. Гомельского съезда духовенства, принявшего решение о необходимости ходатайства перед митрополитом Минским и Белорусским Пантелеимоном (Рожновским) о восстановлении деятельности Гомельской епархии[11]. Совместно с благочинным Гомельского округа протоиереем Николаем Гейхрох архимандрит Серафим пригласил на должность управляющего Гомельской епархией архиепископа Мозырского Николая Автономова, иерарха Украинской Автономной Православной Церкви[12]. Приняв архиерейское рукоположение в обновленческом расколе и продолжая негласно сохранять брачный статус, архиепископ утаил скандальные факты собственной биографии от священноначалия канонической Православной Церкви, действовавшей на территории Украины. После переезда в г. Гомель он усвоил себе титул «Управляющего Православными Приходами Белоруссии, Житомирского Генерал-Комиссариата, Мозырского и Речицкого архиепископа». Кроме того, архиепископ предъявил архимандриту Серафиму поддельное свидетельство, согласно которому он якобы был рукоположен во епископа в 1922 г. Святейшим Патриархом Московским и всея России Тихоном[13].

Усилиями архимандрита Серафима и протоиерея Николая для пребывавшего в весьма стесненном материальном положении архиепископа Николая Автономова было подготовлено парчовое архиерейское облачение, что позволило возобновить архиерейские богослужения в возрожденной Гомельской епархии[14].

По прошествии непродолжительного времени выяснились подлинные обстоятельства епископской хиротонии Николая Автономова. Стремясь восстановить канонический порядок в Гомельской епархии, архимандрит Серафим (Шахмуть) и протоиерей Николай Гейхрох закрыли для архиепископа Николая доступ к совершению богослужений в Петро-Павловском кафедральном соборе и сельских храмах региона[15].

За непродолжительный период своего пребывания в г. Гомеле архиепископ Николай Автономов рукоположил одиннадцать клириков, каноническое достоинство которых вызывало сомнения со стороны части верующего населения и духовенства. В 1944–1946 гг. архиепископ Минский и Белорусский Василий (Ратмиров) активно добивался перерукоположения всех священнослужителей, получивших посвящение от архиепископа Николая[16].

Вскоре после удаления архиепископа Николая Автономова из Гомеля архимандрит Серафим был арестован гестапо по подозрению в симпатиях к большевизму. Основанием для ареста послужил факт приглашения архиерея обновленческого поставления. Зарекомендовав себя идейными сторонниками советской власти еще в 1920-е гг., обновленцы не пользовались доверием со стороны немецких оккупационных властей. После проведенного разбирательства архимандрит Серафим был освобожден и вернулся к служению в Петро-Павловском соборе г. Гомеля[17].

Доклад протоиерея Косьмы Раины, описывавший ряд событий церковной жизни Гомельщины в период немецкой оккупации, содержит дополнительную информацию о еще одном иерархе, совершавшем посвящение новых клириков Гомельской епархии. Помимо архиепископа Николая Автономова, по согласованию с архимандритом Серафимом (Шахмутем), рукоположение священников совершал епископ Нежинский Панкратий (Гладков), викарий Черниговской епархии[18]. Данное обстоятельство свидетельствует не только о высоком церковно-административном статусе архимандрита Серафима во время служения на Гомельщине. Готовность иерарха Украинской Автономной Православной Церкви следовать рекомендациям клирика Белорусской Православной Церкви в деле рукоположения новых священнослужителей свидетельствует также о высокой степени доверия епископа Панкратия к архимандриту Серафиму. Последнее обстоятельство может служить дополнительной составляющей характеристики личности преподобномученика.

Анализируя незначительные по своему объему текстовые фрагменты официальных документов, находящихся на хранении в Национальном архиве Республики Беларусь, необходимо отметить их значимость в деле воссоздания духовно-нравственного облика архимандрита Серафима (Шахмутя). Будучи глубоко небезразличным к состоянию приходской жизни, он в нач. 1941 г. открыто призывал верующих объединиться в борьбе за открытие храма в д. Поречье Слонимского района, что могло быть интерпретировано как антисоветская деятельность и иметь тяжелые последствия. Не исключено, что начавшаяся Великая Отечественная война на несколько лет отложила арест преподобномученика. Такое же небезразличие проявлял архимандрит Серафим и в последующие годы. Состоя в должности настоятеля Петро-Павловского собора г. Гомеля, он активно содействовал восстановлению полноценной церковной жизни в регионе, наиболее пострадавшем от советских антирелигиозных репрессий. Открывая отнятые у православных общин храмы и совершая их освящение, архимандрит Серафим прилагал немало усилий по подбору кандидатов для священнического служения и изыскивал возможности их рукоположения. Став фактическим руководителем церковной области и инициировав вопрос восстановления Гомельской епархии, он лично озаботился вопросом приглашения правящего архиерея. Данное обстоятельство свидетельствует об отсутствии у преподобномученика властных амбиций и карьерных устремлений. После выявления неканоничного статуса управляющего Гомельской епархией он занял принципиальную позицию по недопущению архиепископа Николая Автономова к служению в храмах Гомельского региона, что свидетельствует о ревностном стремлении архимандрита Серафима сохранять канонический строй церковной жизни. Сопоставляя вышеизложенные факты, можно сделать вывод о том, что в лаконичных упоминаниях о деятельности архимандрита Серафима (Шахмуть) в текстах официальной документации просматривается яркая и духовно одаренная личность прославленного в лике святых преподобномученика.



[1] См.: Кривонос Феодор, священник. Жития священномучеников Минской епархии (1-я половина ХХ века) / протоиерей Феодор Кривонос. – Минск, 2002. – 148 с.; Кривонос Феодор, священник. Синодик за веру и Церковь пострадавших в Минской епархии (1918–1951 годы) / протоиерей Феодор Кривонос. – Киевец, 1996. – С. 23.

[2] Кривонос Феодор, протоиерей. Возрождение церковной жизни Восточной Белоруссии в начальный период немецкой оккупации ее территории (вторая половина 1941 г.) // ΧΡΟΝΟΣ. Церковно-исторический альманах. – 2013. – № 1. – С. 6–32; Кривонос Феодор, протоиерей. «Но печаль ваша в радость будет» (Ин. 16: 20). Возрождение церковной жизни в Восточной Белоруссии в начальный период немецкой оккупации (первая половина 1941 года) / протоиерей Феодор Кривонос. – Жировичи : Издательство Минской духовной семинарии, 2013. – 64 с.; Кривонос Феодор, протоиерей. Преподобномученик Серафим (Шахмуть): Жизнь и пастырские труды / протоиерей Феодор Кривонос // ΧΡΟΝΟΣ. Церковно-исторический альманах. – 2016. – № 2. – С. 85–96.

[3] Кривонос Феодор, протоиерей. Незабвенный пастырь. Преподобномученик Серафим Жировицкий / протоиерей Феодор Кривнос. – Минск : ВРАТА, 2016. – 52 с.

[4] Центральный архив КГБ РБ. – Дело № 35844-с.; Архив УКГБ по Брестской области. – Дело № 13331-с.; Архив УКГБ по Витебской области. – Дело № 14311-П.

[5] Возрождение религиозной жизни // Новый путь. – 10 апреля 1942 г. – № 25 (76).

[6] Mironowicz, M. Nowe źródło do żywota świętego archimandryty Serafina Szachmucia (1901–1946) / Marcin Mironowicz // Latopisy Akademii Supraskiej / Pod red. M. Kuczyńskiej. – Białystok : Fundacja «Oikononos», 2015. – Tom 6: Cerkiew w droze (2015 r.). – S. 127–132.

[7] Гордун Сергий, протоиерей. Ценное свидетельство о пастырском служении преподобномученика Серафима, архимандрита Жировичского / протоиерей Сергий Гордун // Ведомости Минской митрополии. – 2016. – № 10 (128). – С. 54–60.

[8] Национальный архив Республики Беларусь (НАРБ). – Фонд 4П. – Д. 16930. – Л. 31.

[9] Там же. – Л. 30–31.

[10] Кривонос Феодор, священник. Синодик за веру и Церковь пострадавших в Минской епархии (1918–1951 годы). С. 23.

[11] Силова, С.В. Православная церковь в Белоруссии в годы Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.) / С.В. Силова. – Гродно : ГрГУ, 2003. – С. 12–13.

[12] Архиепископ Николай (Автономов; 1894–1979) рукоположен во священника в 1918 г. С 1922 г. пребывал в обновленческом расколе. В 1930 г. рукоположен во епископа Ставропольского. В 1932–1938 гг. последовательной возглавлял Тверскую, Старо- Оскольскую, Александровскую, Ивановскую обновленческие епархии. В 1942 г. перешел в юрисдикцию Украинской Православной Автономной Церкви, утаив факт пребывания в обновленчестве и брачный статус. В январе–июне 1943 г. управлял Мозырской епархией. В июне 1943 г. запрещен в священнослужении. В 1944 г. эмигрировал в Западную Европу и предпринял безуспешную попытку войти в юрисдикцию РПЦЗ. В 1945 г. присоединился к Римо-Католической Церкви, был возведен в сан митрополита, а затем разоблачен в неканоничной хиротонии и отстранен от служения.

[13] НАРБ. – Фонд 951. – Оп. 1. – Д. 6. – Л. 90.

[14] Там же. – Л. 89 об.

[15] Там же. – Л. 91.

[16] Там же. – Л. 89–93.

[17] Там же. – Л. 96.

[18] Там же. – Л. 91–93.

2