Митрополит Афанасий Лимассольский: "Не теряй Христа из виду"

27 ноября 2017
Митрополит Афанасий Лимассольский

0.jpg

Итак я, узник в Господе, умоляю вас поступать достойно

звания, в которое вы призваны. (Еф. 4, 1)

Эти слова касаются всех нас. У всех нас есть призвание и приглашение от Бога, Он зовет всех людей, и нет на свете человека, который мог бы сказать: «У меня не было приглашения от Бога!» – потому что Христос зовет нас к Себе Своим Крестом, Своей кровью, жертвой, Воскресением. Многие думают: «У меня нет призвания от Бога!» – но это неверно, потому что все приглашены в Царство Божие. Как мы будем добираться до Царства Божия – это зависит от нас: каждый выбирает сам, поэтому мы и несем ответственность за свои решения. Но все без исключения призваны в Божие Царство, потому что это невозможно, чтобы Бог был пристрастным, то есть одного приглашал в Свое Царство, а другого нет, и одних любил больше, а других меньше. Он любит всех одинаково, это мы любим Бога один меньше, а другой больше.

А поскольку мы призваны, это значит, что на нас ложится ответственность, потому что если мы отвергнем зов Бога, наше решение отягчит не Бога, а нас. Мы несем груз ответственности за отвержение или принятие зова Божия. Бог сделал нас свободными, Он не заставляет нас следовать за Ним.

Конечно, этот выбор обладает вечными измерениями: если мы любовью соединены со Христом в этой жизни, то будем соединены с Ним любовью и вечно, в вечной жизни, а если откажемся возлюбить Христа в настоящей жизни, тогда никто нас силой не заставит любить Его в вечной жизни. Там продолжается состояние, в котором мы сейчас находимся. Это вопрос нашего свободного выбора.

Надо учитывать и огромную роль, которую играет Призывающий нас. Мы часто говорим, что Церковь отличается от мирских идеологий и мирских убеждений тем, что здесь со Христом у нас имеется личная связь. А когда придерживаемся определенной мирской идеологии, у нас не бывает личной связи с идеей. Например, я, скажем, – приверженец какой-нибудь идеологии, люблю какую-нибудь идею, обожаю ее, однако идея – идея и есть, это идеал, ценность. В Церкви же у нас нет идеалов и идей, а есть Личность, Личность Иисуса Христа. Он для нас – воплощенный Бог Слово, призывающий нас жить вместе с Ним, и мы развиваем отношения любви с Ним, а не просто отношения, основанные на вере. Тогда я верю, что то, что говорит нам Христос, – это хорошо, и поскольку оно хорошо, то я этому следую. Это тоже хорошо, но это первая ступень, а цель состоит в том, чтобы я возлюбил Его, чтобы заставил свое сердце ощутить Его любовь, ибо Он любит нас.

Это данность – Он любит нас беспредельно, любит как Бог, а не как человек, потому что человеческая любовь ограничена, а любовь Божия необъятна и беспредельна. Следовательно, мы должны настроить свою душу и сердце так, чтобы почувствовать Христову любовь. Мы должны быть соединены в Божией любви, чтобы мы могли, всегда имея перед собой Христа, знать, как поступать, как говорит здесь святой апостол Павел. Другими словами, знать, как нам жить, потому что в том, что касается образа жизни, уже не осталось для нас ничего непознанного.

Первообразом для нашей жизни является Сам Христос, Он показывает нам образец для нашей жизни, и нет ничего, о чем мы могли бы сказать: «Мы этого не знаем, нам это неизвестно, мы этого не видели!» Нет, мы знаем, как будем поступать, знаем, что будем делать, потому что Христос стал Человеком. Он не просто дал нам заповеди и сказал: «Исполняйте их!» – а Сам стал Человеком и, как Человек, подал нам пример, чтобы мы шли по Его стопам. Видя, как жил и рассуждал Христос, и мы должны жить и мыслить так же.

Святой апостол Павел в другом месте пишет: с терпением будем проходить предлежащую нам борьбу (Евр. 12,1), с которой сталкиваемся каждый день, которая часто бывает трудной и может даже стоить нам жизни, как некогда мученикам. Мучениками являются и люди, каждый день претерпевающие муки из-за здоровья, семейных, психологических и других причин, имея перед глазами Начальника и Совершителя веры (ср. Евр. 12, 1). Потому что мы видим перед собой Начальника и Совершителя нашей веры, Того, Кто является концом и целью нашей жизни, – Христа, и когда Он перед нами, терпеливо ведем эту борьбу. А если Христос исчезнет у нас из поля зрения, с нами бывает то же, что и с теми, кто сбился с пути и не знает, что им делать и куда идти.

Представьте себе человека, который бежит на стадионе и вместо того, чтобы смотреть на свою дорожку, бежит и смотрит на скамейки, на зрителей, пришедших понаблюдать за ним и рукоплещущих ему, – он, конечно же, споткнется и упадет. А кто смотрит перед собой всегда, кто знает, что делает, куда идет, тот не отвлекается на происходящее вокруг, потому что видит перед собой финиш, награду. То же самое происходит и в нашей жизни. Если Христос перед нами, мы не претыкаемся. Знаете, когда это бывает? Когда мы теряем Его из виду, и в нашу жизнь входит что-нибудь другое.

Поэтому нами часто овладевают страх, тревога, паника, стресс, скорби, если у нас случаются неудачи, или начинается чрезмерный энтузиазм, если мы успешны. Всё это происходит оттого, что мы потеряли Христа из виду и вместо Него поставили перед собой что-то другое: «Вот бы достичь одного, достичь другого, приобрести одно, приобрести другое». Если же мы неизменно смотрим на Христа, тогда, что бы ни происходило – от самого крупного успеха до самой большой неудачи, – мы не поколеблемся. В этом и заключается наша проблема, что мы на жизненном пути теряем Христа из виду и от этого впадаем в панику.

Опасны не только неудачи, но и успехи тоже, иногда они представляют даже большую опасность. В неудачах человек сокрушается, ему больно, но он себя осознаёт, боль – это нечто отрезвляющее его. Успехи же – самая большая опасность для человека, потому что он тогда может обмануться, потерять Христа из виду и начать смотреть на что-нибудь другое. Естественно, результатом будет то, что он собьется с верного пути, потеряет свое предназначение и цель.

Давайте скажу вам нечто, что, может быть, и неверно. Когда начинают появляться первые симптомы приближения развода в семье? Когда супруги построят свой дом, родят детей, купят машину, когда начнется продвижение по работе, когда нет долгов, тогда и начинаются проблемы. Это произвело на меня большое впечатление. Пока люди стеснены и борются с трудностями, чтобы построить дом, найти работу, они соединены любовью, но когда получат всё, хотят развестись. И говоришь им:

– Да ладно вам, дети мои, у вас же сейчас всё есть. Вы же столько трудились. Неужели вы решили развестись? Какая у вас проблема?

– Да никакой.

– Что же с вами произошло?

– Просто мы сейчас поняли, что не любим друг друга… – и тому подобные вещи.

То есть даже по повседневным вещам видно, что комфорт и успех опасны для человека. Когда он видит, что беден, он более совестлив, но когда накопит денег, богатств, это становится для него опасно.

Мы должны всегда иметь Христа перед собой, чтобы Он не исчезал у нас из виду. Даже если обретем славу, богатство и власть над всем миром, никогда не будем забывать, что всё это преходяще и суетно. Знаете, чем больше у нас всего этого имеется, тем большую ответственность мы несем пред Богом, перед людьми и самими собой. Потому что бедный человек скажет:

– А что я мог сделать по жизни? Самое большое – заработать на кусок хлеба для своей семьи.

У него другой ответственности нет, и хорошо, если он сделал хотя бы это. Но тот, у кого больше возможностей, несет большую ответственность пред Богом, людьми и собой. Поэтому мы должны быть очень внимательными и в счастье, и в неудаче, в самой смерти. Будем внимательны, потому что может наступить такой момент в нашей жизни, и он обязательно наступит, который станет для нас особенно трагическим.

Когда я шел сюда, мне позвонил один знакомый и сказал:

– Только что врач сказал мне, что у меня диагноз – рак мозга, его уже нельзя ни оперировать, ничего. Ты первый, кому я это говорю.

Молодой человек, намного младше меня. Это и есть то, с чем можно столкнуться в любой момент: от крайнего успеха до крайней неудачи. Мы можем осилить их, когда Христос перед нами, и тогда ни смерть, ни жизнь, ни бедность, ни богатство, ни успех, ни неудача, ни слава, ни бесславие – ничто не сможет смутить нашу душу. Потому что, что бы ни случилось, мы знаем, что будем идти путем Божиим.

Как-то к нам пришел один мирянин, очень известный человек, звезда, как их называют. Куда бы он ни поехал, собирается по 30–40 тысяч зрителей. На меня произвели впечатление его слова, я был удивлен. Он сказал:

– Мой грех в том, что, когда я смотрю на эти тысячи душ, как они мне аплодируют, я думаю про себя, что они сумасшедшие, если делают это. Но также думаю, что совершаю большой грех, занимая место Бога: они меня боготворят, и я чувствую, что не могу этого принять – быть для каких-то людей вместо Бога.

То есть только у Бога есть абсолютное место в нас, и только Ему мы можем полностью отдать свое сердце. Всё остальное относительно, а поскольку оно таково, то мы должны быть очень внимательными к тому, как мы к нему относимся. Всё, что пытается занять место Бога и похитить у Него наше сердце, нашу надежду на Него, – это реально грех, то есть погрешность, ошибка.

Вы видите, в храмах мы постоянно вешаем страусиные яйца над лампадой (или под паникадилом в монастырях). Раньше люди считали, что когда страус насиживает яйца, он делает это своим взглядом: стоит на определенном расстоянии и, не отрываясь, смотрит на них, а если шум или еще что-нибудь отвлечет его внимание в другую сторону, яйцо портится. Так говорили старые люди.

Глядя на страусиное яйцо, мы должны понять, что и мы должны непрестанно смотреть на Бога, чтобы ничто не могло оторвать нашего взора от Него и Его любви. Поэтому люди использовали эти яйца, придавая им, кроме практического, также и символическое значение, а именно – чтобы они напоминали нам о постоянном воззрении на Бога. Если же наш взгляд отклонится от Христа, тогда всё у нас потерпит неудачу.

Если мы глубоко вникнем в себя в желании понять, почему мы потерпели неудачу, и зададимся вопросом: «А почему я потерпел крах? Почему со мной случилось то, что раздавило меня и повергло в отчаяние, депрессию, страх и тревогу?» – то увидим, что нашей самой большой ошибкой было то, что мы перестали смотреть в сторону Христа, и на Его место воссело что-то другое, что относительно, а следовательно – нестабильно и ненадежно. Это может быть человек: кто-то кого-то любит, и любимый становится целью его жизни. Ну что ж, замечательно, но только у этого человека в какой-то момент, может, не будет сил ответить на твои чувства: может, он не может дать тебе того, что ты хочешь, или не хочет сделать того, что хочешь ты. Но если даже он сделает это, то он тленный человек: наступит момент, когда его не станет, лет этак в 70–80, или же ты сам разочаруешь его своей смертью.

Следовательно, человек не абсолютен. Отсюда, если превратишь этого человека в кумир, обоготворишь его и поставишь в священном месте своего сердца, предназначенном только для Бога, а за этим последует и всё остальное, тогда получится проблема. Провода запутаются, и произойдет короткое замыкание, искры посыплются, повалит дым, и в итоге дом может сгореть, если не вылетят пробки.

Вот кто-нибудь говорит: «Работа для меня выше всего» (или учеба, оценки, семья, муж, жена). Но иногда человек бывает так потрясен, когда обнаруживает, что «этот человек, которого я любил, согрешил», или «не очень меня любит», или «вообще меня не любит», что с ним происходит полный срыв. Это нехорошо. Ну ладно, я могу быть уязвлен, получить душевную рану, расстроиться – это понятно, это человеческое. Но чтобы сорваться и погубить свою жизнь – это значит, что ошибка во мне.

Поэтому Христос и расставляет всё на свои места. Он очень четко говорит, что если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником (Лк. 14, 26).

В нашем сердце есть место, предназначенное только для Бога, и туда не может входить ничто другое; в само сердце могут войти все: супруг, дети, внуки, работа, идеология, отечество, – но ничто не может садиться на место Бога. Если мы посадим туда что-нибудь другое, у нас начнутся проблемы, произойдет крах, наступит момент, когда всё это рухнет, а вместе с ним рухнем и мы. Конечно, если мы выдержим крах, это пойдет нам во благо, потому что мы, вероятно, отстроим себя заново, но если мы его не выдержим, тогда начнутся еще большие проблемы.

А всё оттого, что мы с самого начала не были внимательны, и вместо Бога в наше сердце вошло что-то другое, что может быть для нас бесценным, каковы, например, дети. Есть ли для родителя что-нибудь дороже детей, по крайней мере на этом свете? Нет. Внуки? Кажется, у тебя их достаточно… Ну хорошо, пускай внуки, так говорят дедушки и бабушки. То есть то, что представляет собой естественную связь, не должно переходить границ, а должно оставаться в них, потому что оно – нечто ограниченное, даже наше собственное «я», наша собственная жизнь.

Представьте себе, что человеку говорят: «Тебе остается жить три месяца». Как он будет себя чувствовать, зная, что всё это кончится через три месяца, через два дня, через день? Такова наша природа. Если мы будем абсолютизировать вещи, у нас начнутся проблемы, появятся побочные эффекты, которые будут нас терзать. (Сказанное мной не означает, что мы не должны любить своих детей, не поймите меня неправильно.)

Христос, разумеется, не обещал нам земного счастья, а, напротив, говорит, что в мире у нас будут скорби (ср. Ин. 16, 33). Такова природа вещей. Мы не живем припеваючи на этом свете, когда следуем Христу, но, когда следуем Ему, горечь благодаря Христовой любви становится для нас сладкой как мед. Как говорит святой апостол Павел, я узник Господень (Еф. 3, 1), а в другом месте: хвалюсь оковами моими (ср. 2 Кор. 12, 9). То есть мы не стыдимся своих оков, не скорбим из-за них и не просто терпим их, но и считаем своей похвалой.

Христов дух означает, что человек должен идти тем же путем, каким шел Христос, и быть готовым. Т.е. мы много раз говорим о покаянии, что значит изменить образ своих мыслей[1]. Это значит быть как святые, для которых смерть была жизнью, милостыня – богатством, а бедность – комфортом. Они так верили, так изменили образ своих мыслей, что и означает покаяние – перемену ума.

Я хотел сказать, чтобы вы не думали, будто Евангелие учит нас не любить своих детей, супруга, работу, родину или еще что-нибудь. Нет, но только оно учит нас любить их правильно, а не питать нездоровую любовь, оно учит нас любить другого красиво, потому что любить не значит, что я должен подавить его или же обоготворить, потому что, когда я его обоготворяю, я его в итоге подавляю.

Любить – значит дать другому простор, чтобы он жил свободно, даже если он меня оттолкнет, не захочет меня видеть, начнет верить во что-нибудь другое, нежели я. «Люблю» не значит, что я поглощаю другого и делаю его таким же, как я. Слышу молодых людей, в пылу своей юношеской любви полагающих, будто любить значит слиться воедино. Да, любовь соединяет людей, но она не уничтожает индивидуальности другого человека.

Евангелие учит нас иметь здоровую любовь между собой и знать границы всего, т.е. до какой степени мы можем давать ему простор. Неразумная и безрассудная любовь вредит. Вы видите примеры абсурдной любви, когда люди непомерно любят животных. Хорошо, мы любим их, и Писание говорит, что Бог создал их для нас, но мы не можем обожествлять их. Мы не можем рассуждать, как говорится в одной поговорке: «С тех пор, как узнал любовь собаки, я забыл о любви человеческой!»

Ходил я как-то в Салоникский университет на беседу и там в одном из «потрясающих» лозунгов, намалеванных анархистами на стенах, прочитал: «Если я не поделюсь своей проблемой с собакой, то кому я о ней скажу?» Вот такова наша эпоха. У нас должны быть пределы, потому что если я отношусь к своей собаке как к человеку, тогда тут что-то не так. Если смотрю на кошку не как на кошку, а считаю ее своим самым лучшим другом и веду себя с ней, как будто она мне дочь или внучка, тогда о чем мы говорим?

То есть здесь уже должны вмешаться защитники природы и отправить нас за такое в тюрьму, потому что мы дошли до того, что наши кошки видят мышей и пугаются, они их больше не гоняют, как положено. Кошка смотрит на мышонка и дрожит от страха…

Источник: сайт Православие.ru

7