«Господь крепость людем своим даст!»: воспоминания монахини Афанасии (Герасименко) о становлении Брестского монастыря

07 мая 2022

1.jpg

В феврале 2002 года в Брестской крепости в полуразрушенном здании казематированного редюита открылся Рождество-Богородицкий женский монастырь.

Монастырский сайт предлагает вниманию читателей воспоминания насельницы Спасо-Евфросиниевского ставропигиального женского монастыря в городе Полоцке монахини Афанасии (Герасименко) о первых шагах в становлении Брестской обители, о роли в этом процессе митрополита Филарета (Вахромеева). Свой иноческий путь матушка Афанасия начала 20 лет назад послушницей в Рождество-Богородицком монастыре.


«Наша община объединялась вокруг матушки Александры (Жарин). Основная часть наших сестер была направлена из Полоцкого монастыря в Иоанно-Кормянский женский монастырь (Гомельская епархия). А оттуда сестры приехали в Брест за помощью и духовным советом к протоиерею Константину Жарину (ныне архимандрит Давид, клирик Брестского монастыря – прим. ред.) и к игумену Серафиму (Петручику; ныне архимандриту, наместнику Спасо-Преображенского мужского монастыря, что в деревне Хмелево Жабинковского района Брестской епархии – прим. ред.).

Незадолго до этого на Брестскую кафедру был назначен епископ Софроний (Ющук). Он родом с Брестчины. Ещё будучи архимандритом Ляденского мужского монастыря (Борисовская епархия), владыка мечтал восстановить древний православный монастырь в Бресте, игуменом которого был преподобномученик Афанасий. Монастырь по преданию располагался в Замуховечье, за одним из валов Брестской крепости. Владыка обсуждал эти мысли с протоиереем Игорем (Умцом), настоятелем Свято-Николаевского гарнизонного храма, который много работал в архивах Санкт-Петербурга. Владыка Софроний предлагал о. Игорю в полуразрушенном здании, расположенном недалеко от вала, которое к этому времени было передано на баланс гарнизонного собора, устроить монастырь. И вот Промыслом Божиим Владыка был поставлен епископом Брестским и Кобринским. А тут еще и мы появились…

Чтобы решить вопрос о монастыре, нужно было ждать решения Синода Белорусской Православной Церкви. Сестры не были посвящены в детали происходящего, но знали, что некоторые архиереи были против. Глядя на руины, мало кто верил, что здесь что-то получится, но мы верили, и матушка очень верила.

Мы каждое воскресение старались ездить к отцу Серафиму в Хмелево. Он был нашим духовником, всячески нас поддерживал, а мы ему повергали все свои печали. Слава Богу, у меня не было такой склонности к унынию, а вот сестры немножко унывали, но тяжелее всех было матушке. На ней была ответственность за всех нас.

И вот в очередной раз Владыка Софроний сказал нам усиленно молиться.

5.jpg

Мы поехали на службу к о. Серафиму. Был воскресный день. Все очень переживали, молились. И вдруг перед чтением Апостола иеродиакон громогласно возгласил: «Глас 7-й: Господь крепость (т. е. силу) людем Своим даст, Господь благословит люди Своя миром».

У нас такое было счастье. Мы восприняли это как голос с неба, переглянувшись друг с другом, все поняли это однозначно как ответ на наши чаяния. И уже появилась уверенность, что крепость (т.е. монастырь в Брестской крепости) будет наша.

И действительно, как потом рассказывал Владыка Софроний, мнения на Синоде были самые разные, но окончательное решение оставалось за митрополитом Филаретом. Он спросил о нашей общине: где мы живем и сколько нас человек. Владыка Софроний ответил, что семеро, рассказал где, в каких условиях живем. «И что никто не разбежался?». «Никто!»

Тогда митрополит Филарет сказал: «Ну так это показатель. Если б это не было угодно Богу, если б это не была настоящая община, то они бы разбежались. Ну хоть бы кто-то ушел, половина или несколько человек. Но никто не ушел. Значит, община крепкая. Почему не дать возможность?». И всё решилось – нам отдали крепость…».



Источник: сайт Рождество-Богородицкого монастыря

Возврат к списку

123