Литургические труды монахини Игнатии (Пузик)

05 февраля 2018
Литургические труды монахини Игнатии (Пузик)


Серию публикаций о православных гимнографах и исследователях трудов церковных песнописцев продолжает статья о докторе биологических наук, профессоре и тайной монахине Игнатии (Пузик), много потрудившейся не только на медицинском, но и на литературно-исследовательском поприще. Монахиня Игнатия — автор цикла статей, посвященных православной гимнографии.

В развитие русской литургической науки второй половины ХХ века внесли вклад многие выдающиеся богословы и ученые. Однако стоит уделить внимание личности, известной в медицинской среде как доктор биологических наук, профессор, ученый с мировым именем, а в церковной — как исследовательница биографий и трудов церковных песнописцев, гимнограф и тайная монахиня — схимонахине Игнатии (Пузик). Ее заметки о церковных песнописцах, напечатанные под измененной фамилией Петровская, раскрывают всю богословскую глубину канонов и стихир византийских и русских гимнографов. Эти исследования первоначально были опубликованы в научно-богословском альманахе «Богословские труды». В настоящий момент издана полная книга трудов монахини Игнатии, включающая в себя статьи по истории русской гимнографии и исследования богослужебных текстов[1].

Монахиня Игнатия (в миру Пузик Валентина Ильинична) родилась 1 февраля 1903 г. Ее отец был служащим в управлении Киево-Воронежской железной дороги, а мать Екатерина после смерти супруга приняла монашество с именем Авраамия. В 1920 г. Валентина Пузик поступает на естественное отделение физико-математического факультета МГУ, а в 1923 году, после появления биологического отделения, продолжает обучение там. По окончании обучения работала в Государственном туберкулезном институте, где с 1945 по 1974 гг. была руководителем патоморфологической лаборатории. «Автор более 200 работ в разных областях медицины, под ее руководством были защищены 22 докторские и 47 кандидатских диссертаций. Стала основателем собственной школы патологов-фтизиатров. Была удостоена ордена Трудового Красного Знамени (1973 г.), медалей, звания заслуженного работника медицины»[2].

Важным событием, определяющим всю дальнейшую жизнь Валентины, стала встреча с архимандритом Высоко-Петровского монастыря Агафоном Лебедевым (в схиме Игнатием, +1938). «В июне 1928 г. она принимает тайный постриг в рясофор с именем Варсонофия в честь свт. Варсонофия Казанского, а через 11 лет, 2 января 1939 года — в мантию с именем Игнатия в честь свщмч. Игнатия Богоносца»[3]. Это имя она приняла и в честь своего духовника отца Игнатия, создавшего в монастыре тайную монашескую общину, целью которой было сохранение монашеской аскетической жизни в период богоборческой власти. В 1935 году он был приговорен к 5-ти годам лагерей, а в праздник Усекновения Господня, 11 сентября 1937 года, отошел ко Господу. Впоследствии был прославлен в лике святых Юбилейным Архиерейским Собором РПЦ 2000 г.

С 1980-х годов начинается исследовательская деятельность монахини Игнатии в области песнотворчества, она рассматривает основные творения церковных песнописцев, духовно размышляя о гимнах, составленных святыми. Ее перу принадлежат статьи о церковно-гимнографичном творчестве преподобных Косьмы Маиумского, Иоанна Дамаскина, Андрея Критского, Феофана Начертанного, Феодора Студита, Иосифа Песнописца, инокини Кассии, святителя Германа Константинопольского. Кроме этого, ей принадлежит краткий экскурс в историю песнотворчества Русской Православной Церкви, где, начиная с Киевского периода, рассматривается история богослужебных текстов, посвященных русским святым. Также монахиня Игнатия является автором уже вошедших в богослужебный обиход служб святым, прославленным в конце ХХ века[4].

В Великий Четверток, 24 апреля 2003 года, монахиня Игнатия приняла великую схиму, сохранив прежнее имя. Отошла ко Господу 29 августа 2004 года на 102-м году жизни.

Первая статья о канонах прп. Косьмы Маиумского в виде духовных размышлений была опубликована в 22-м выпуске «Богословских трудов»[5]. Автор говорит о деятельности святого, жившего в период иконоборчества, его трудах. В своих исследованиях монахиня Игнатия опиралась на труды святителя Филарета Черниговского, А.П. Голубцова, Е.И. Ловягинова, И.А. Карабинова и др. На первый взгляд ее работа может показаться компилятивной. Однако, указав основные труды святого, она приступает к духовному их осмыслению. «Человек нашего времени обнаруживает в этих забытых, казалось бы, изжитых материалах радостную и крепкую основу бытия»[6]. Каноны прп. Косьмы Маиумского она называет «медоточными», так как им присуща «возвышенность и сладость изображаемого»[7]. Монахиня Игнатия старается передать дух праздника, рассуждает на тему возвышения человека, напоминая о вочеловечении Христовом. Особо она останавливается на теме природы в творениях святителя, приводя в подтверждение богослужебные тексты и размышляя об их глубоком смысле. Главная тема творчества преподобного, по ее мнению, — воспеть вочеловечение Христово. Отвечая на вопрос, почему святой Косьма не составил канон на Святую Пасху, она говорит: «[Он] был более склонен усугубляться в вопросы трагического в бытии человеческом и искать выхода из падения человека — первого Адама — в полноте жизни и страдания второго Адама, Христа»[8]. Из всего наследия она также выделяет идею Церкви, более всего находящую выражение в богослужении Пятидесятницы, указывает богослужебные тексты, в которых явно или скрыто говорится о ней, и дает свои комментарии.

Песнотворчество преподобного Иоанна Дамаскина, его житие и научные труды также рассмотрены монахиней Игнатией[9]. Более всего она касается Пасхального канона, который является центром всего пасхального богослужения. «В светлую ночь всем нам дается завет очистить чувствия и одновременно сообщается уверенность в том, что все мы можем и узреть, и слышать радость Воскресения Христова. В этом — непререкаемая, безусловная сила пасхального канона преподобного Дамаскина, прозревшего, увидевшего, показавшего нам, на что способен человек, если чувства его очищены»[10]. Подробно разбирая каждую песнь канона, она выделяет основные мысли, воспевающие победоносное Воскресение Христово. Касательно канона в неделю Фомину, она особо выделяет 1-й тропарь 1-й песни канона: «Днесь весна душам, зане Христос от гроба, якоже солнце, возсия тридневный, мрачную бурю отгна греха нашего. Того воспоим, яко прославися»[11]. «Здесь образы весны, солнца и мрачной бури насколько означают земную, зримую природу, настолько же приближают понимание незримого таинства Воскресения. "Христос — яко солнце", "мрачная буря" — наши неправды, а весна природы — весна наших душ»[12]. Разобрав канон, она выделяет две его основные идеи — Воскресение Христово и осязание ран Господа апостолом Фомой. В других своих трудах по изучению наследия преподобного она выделяет общий призыв человека к покаянию и соединению с Богом. Тема спасения и изведения человека из мрака греха к свету — это одна из важных особенностей творчества святого Иоанна. В особенности его труды полны свидетельствами о Домостроительстве нашего спасения, Жертве Христовой, Сошествии Святого Духа, которые воспевает святой гимнограф[13].

Статья о литургическом наследия инокини Кассии опубликована в 24-м сборнике «Богословских трудов»[14]. Ее имя встречается в богослужебных текстах Триоди Постной, а также ряда стихир в Минее. Характеризуя составленные ей стихиры, монахиня Игнатия указует на их значительность в размере и глубину богословской мысли. Она отмечает также, что каждое песнопение самодостаточно само по себе и не требует раскрытия в следующих богослужебных чтениях. Особо отмечаются евангельские образы, как то: составленные в память 5-ти мучеников (13 (26 декабря) стихиры соотносятся с евангельским отрывком о 5-ти мудрых девах. Говоря о богословии инокини Кассии, монахиня Игнатия выделяет ее христоцентричность. Основная тема в трудах — это избавление человека через подвиг Иисуса Христа от греха, проклятия и смерти.

Творчество преподобного Андрея Критского[15], в осмыслении монахини Игнатии, помогает человеку с помощью поста и молитвы проходить земное поприще. Его покаянный канон помогает душе человека настроиться на покаянный лад. Анализируя всю богатую гимнографическую деятельность преподобного, исследовательница выделяет слова и образы из Священного Писания. Молитвословия прп. Андрея направлены в сторону пробуждения совести у человека, он учитель внутренней духовной жизни. «Все произведения его и особенно покаянный канон есть великое училище благочестия и богословия, есть деятельное обучение чад церковных, членов Церкви Христовой спасительным догматам святой веры христианской»[16].

Разбирая церковные молитвословия святителя Германа Константинопольского, исследовательница указывает: «В их словах всегда звучит непререкаемая радость исповедания Бога, премудрых путей Его Промысла, основ спасительной веры Христовой»[17]. Монахиня Игнатия указывает на цельность, ясность, краткость канонов и стихир святителя Германа, которые посвящены некоторым двунадесятым и великим праздникам, а также памяти святых (например, канон святым отцам пяти Вселенских соборов). В своей песнотворческой деятельности святитель очень пространно говорит о догматической составляющей Церкви, борьбе с ересями и т.д. Исследовательница выделяет общую мысль: «Чтобы люди возлюбили свет Православия, чтобы, прославляя отцов, обретали правое учение, так необходимое для их бессмертной души»[18]. Во всех своих гимнах, а в особенности в песнопениях, посвященным св. патр. Иоанну Постнику, свт. Афанасию Великому, Александрийскому и т.д., святитель Герман возвещает о Церкви, ее святости, уклонении верных от различных ересей, особенно воспевая тех, кто потрудился в защиту христианского учения. Живя в эпоху монофелитской ереси, патриарх-песнописец в своем наследии указывает на догмат о двух естествах во Христе — Божественной и человеческий. Также он составил гимны в защиту святых икон в ответ на распространявшееся иконоборчество.

Разбирая творчество преподобного Феофана Начертанного, гимны которого в настоящее время входят во все основные богослужебные книги (Октоих, Минея, Триодь Постная и Цветная – прим. авт.), автор указывает на их «чувства и вздохи умиления». Особо исследовательница останавливает свое внимание на заупокойных канонах Октоиха, в которых по-особому воспевается будущее Всеобщее Воскресение. Тема будущей жизни навеяна исповедническими условиями существования святого, гонениями и притеснениями, эти переживания гимнограф смог передать в своих трудах. «Он — по ходу своей жизни, в своих страданиях — все время предстоял исходу из этого мира, жил перед чертой, перед концом своего бытия в темничных заключениях и изгнаниях. Отсюда у него, постоянно сущего у этой грани, изливается живая молитва об усопших, о людях, перешедших последнюю грань. Отсюда — сила, достоверность, истинность его молитвенных вопияний о них, отсюда его заупокойная молитва, воспринимаемая всеми людьми»[19]. Преподобный Феофан — автор канона на Торжество православия, исследовательница его наследия отмечает победу и полноту исповедания в Церкви. В каноне автор говорит о победе над ересями, в частности иконоборчества, но не упоминает о предшествующих гонениях, больше воспевая радость и торжество празднуемого события.

Главной богослужебной книгой Великого поста является Триодь Постная. Монахиня Игнатия в своих исследованиях касается песнотворчества прп. Феодора Студита, чьи гимны входят в состав указанной богослужебной книги. Опираясь на существующие исторические данные о периоде составления прп. Феодором и Иосифом Студитами Триоди, особое внимание она уделяет трипеснцам святого Феодора. Она выделяет их общий смысл, который заключен в призвании всех к покаянию и обновлению человеческой души. Ведь, по мысли самого преподобного, сам Великий пост есть весна для души: «Весну возвещающая приближися сия, ныне предъочистительная седмица всечестная священных постов»[20]. Будучи глашатаем покаяния, святой вместе с тем воспевает Пресвятую Троицу, славословие которой неопустительно исполняется за каждым великопостным богослужением. «Эти Троичны создают особый стиль, сообщают всему постному песнопению торжественный характер, как бы приподнимают и укрепляют душу постящегося»[21]. Давая характеристику троичным тропарям святого, мон. Игнатия отмечает, что они направлены от лица кающегося в своих согрешениях человека, умоляющего о прощении прегрешений. Будучи в покаянном чувстве, христианину нужно одновременно быть в духовной радости о славословии Господа, укрепляя духовное состояние к грядущей Пасхе Христовой.

Завершая свое исследование творчества церковных песнотворцев, монахиня Игнатия останавливается на личности прп. Иосифа Песнописца. Этот выдающийся гимнограф оставил после себя более 220-ти канонов на различные церковные торжества. «[прп. Иосиф Песнописец] писал каждый свой канон как законченное целостное произведение, вмещая в рамки песней канона развитие своей идеи о каждом святом или каждом событии, которому он посвящал свой труд»[22]. Преподобный вникал в жизненные обстоятельства святого, подбирая своеобразный слог, выражение и образ. Особое внимание было уделено покаянным канонам Октоиха. Мон. Игнатия пишет: «Им присущ дух деятельного и непадательного покаяния, которое насаждается святым Иосифом от опыта его жизни. Однако тот же дух умиления и деятельного устремления к Богу отличает и все остальные произведения преподобного Песнописца»[23].

Кроме этого, монахиня Игнатия — автор исследования по русской гимнографии, в частности Киевского периода[24]. В своей статье она рассматривает гимнографические произведения, посвященные святым страстотерпцам Борису и Глебу, творения преподобного Григория Печерского, автора канонов святым князю Владимиру, преподобному Феодосию Печерскому, на перенесение мощей святителя Николая и на освящение Церкви великомученика Георгия. Особое внимание уделяется «Исповеданию веры» митрополита Илариона, которое она описывает так: «Подлинное литургическое произведение и одновременно замечательным образец древнерусской речи»[25]. Также исследовательница уделяет внимание творениям епископа Ростовского Иоанна, службе Ростовским святителям и гимнографии святителя Кирилла Туровского. Говоря об особенностях указанных богослужений, монахиня Игнатия отмечает их поэтичность, молитвенный дух и догматический смысл. В завершение исследования она отметила значительность указанного периода в истории русской гимнографии, который повлиял на будущее развитие песнотворческой традиции РПЦ.

Соприкасаясь с духовным наследием личности, прошедшей сквозь горнило испытаний, но сохранившей чистоту веры, невозможно не заметить ее пламенной любви к богослужению и его составителям. Работа монахини Игнатии не носит сугубо научного характера, но составлена в виде духовных размышлений. Эти духовные переживания богослужебных текстов по-особому начинают восприниматься, если будет понятен их смысл. Уяснив это, прочувствовав жизнь каждого песнотворца, который оставил в своих творениях частичку любви к Богу, монахиня Игнатия и писала свои работы. Сами песнотворцы в свое время часто жили в стеснениях и лишениях. Исследовательница их трудов мон. Игнатия (Пузик) пережила нечто подобное и достойно стала продолжательницей их дела, изучив слог, образ выражений, составляла новые богослужебные тексты святым. В современности ее труды могут быть актуальными для тех, кто интересуется православным богослужением. В своих исследованиях она знакомит читателя с византийской и русской гимнографией, историей православного богослужения, с известными песнотворцами, показывает их уникальный талант, а также пламенное молитвенное горение сердца, способствующее созданию богослужебных текстов, в которых полноценно раскрывалась вера и любовь к Господу. В особенности же эти духовные размышления призваны помочь человеку уяснить смысл молитвословий, поддерживающих его в жизненном борении с грехом, научающих славословить Господа за все благодеяния.


[1] Игнатия, мон. Церковные песнотворцы. М.: Подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 2005. – 464 с.

[2] Беглов А.Л. Игнатия (Пузик). // Православная энциклопедия, 21 том. М., 2009, с. 153, всего 752.

[3] Беглов А.Л. Игнатия (Пузик). // Православная энциклопедия, 21 том. М., 2009, с. 153, всего 752.

[4] Монахиня Игнатия (Пузик) автор служб: святителю Игнатию Кавказскому, св. патриарху Иову, бл.кн. Димитрию Донскому, прп. Герману (Гомзину) и Зосиме (Верховскому), Собору святых Смоленских, Белорусских, Казанских, а также автор службы иконе Божией Матери «Валаамская». В настоящий момент некоторые из этих служб включены в дополнительную Минею, рекомендованные к богослужебному употреблению. – Прим. автора.

[5] Игнатия, мон. Преподобный Косьма Маиумский и его каноны. // БТ., 22 сборник. М., 1981, с. 116–138.

[6] Там же. С. 122.

[7] Там же. С. 123.

[8] Там же. С. 132.

[9] Игнатия, мон. Преподобный Иоанн Дамаскин в его церковно-гимнографическом творчестве. // БТ., 23 сборник. М., 1982, с. 59–93.

[10] Игнатия, мон. Преподобный Иоанн Дамаскин в его церковно-гимнографическом творчестве. // БТ., 23 сборник. М., 1982, с. 69.

[11] Триодь Цветная. М., 2002, с. 38.

[12] Игнатия, мон. Преподобный Иоанн Дамаскин в его церковно-гимнографическом творчестве. // БТ., 23 сборник. М., 1982, с. 72.

[13] Там же. С. 92.

[14] Игнатия, мон. Церковно-песнотворческие труды инокини Кассии. // БТ., 24 сборник. М., 1983, с. 320–336.

[15] Игнатия, мон. Гимнографическое творчество преподобного Андрея Критского. // БТ., 25 сборник. М., 1984, с. 260–275.

[16] Там же. С. 274.

[17] Игнатия, мон. Церковные песнотворцы. М.: Подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 2005, с. 168.

[18] Игнатия, мон. Церковные песнотворцы. М.: Подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 2005, с. 175.

[19] Там же. С. 225.

[20] Триодь Постная, 1 часть. К., 2004, с. 420.

[21] Игнатия, мон. Церковные песнотворцы. М.: Подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 2005, с. 250.

[22] Там же. С. 279.

[23] Игнатия, мон. Церковные песнотворцы. М.: Подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 2005, с. 291.

[24] Игнатия, мон. Труды русских песнописцев в Киевский период. // БТ., 28 сборник. М., 1987 с. 230–245.

[25] Там же. С. 238.

Источник

Возврат к списку

14